LIA-клуб

Обе книги С. Лукьяненко прочитаны. Впечатления двойственные. Интересная идея книги в целом на фоне хорошего стиля. Автор умеет завязать сюжет, а вот с развязкой, увы. В таком случае, можно было бы остановиться на первом романе серии, к которому у меня нет претензий совсем.

Сюжет. Человека вдруг начинают забывать окружающие: «кто-то или что-то стирает его из этого мира». Весьма натуралистично написано. Прекрасные бытовые описания. Современная Москва, в которой я никогда не был, но благодаря Лукьяненко словно бы побывал.

Я огляделся. Мой двор. Мой, понимаете? Мой! Эти скамейки и карусели на детской площадке, свежевыкрашенные ко дню города - они мои! Этот дворник, сгребающий первые осенние листья - мой! Этот магазинчик на углу, где я покупаю хлеб, колбасу и пельмени - тоже мой! Все вокруг привычное и уютное, даже лужа в узком проходе между нашим и соседним домом - моя, обжитая, сто раз в ней промокали ноги, а однажды я поскользнулся и шлепнулся в нее - совершенно по клоунски размахивая руками, пытаясь удержаться от падения, но все-таки приземлившись на мягкое место. Анька тогда хохотала, будто ненормальная, я глядя на нее тоже принялся смеяться - сидя в луже, и проходившая мимо бабулька высказала все, что думает о пропившей стыд и совесть молодежи…

В общем-то, описание подойдет к любому городу. И как раз это-то и подкупает. Реалистичность. Когда читаешь описание, веришь ему, потому что все легко представляется. Мелкие штришки, казалось бы, но «цепляют». Хорошая литература невозможна без мелочей. Подчас прекрасная задумка и лихо закрученный сюжет страдают от недостатка детализации и выверенной описательности. Чтобы ни добавить, ни отнять.

Жанр. Я бы не рискнул назвать этот роман научно-фантастическим. Какая такая функция, какие функционалы! Да о чем, собственно! Нет. Не тянет роман на НФ. Городское фэнтези - пожалуй, но не НФ. Попутно возникла такая мысль: «Когда фэнтези становится НФ? Тогда, когда под сверхъестественное подводится строгая научная основа.» Ничего научного в этой серии С. Лукьяненко я не обнаружил.
Персоналии и психологизм. Очень достоверно написано. Лукьяненко умеет заставить читателя поверить каждой строчке. Технические, сюжетные, стилистические ляпы почти не встречаются. Я заметил лишь один почти в самом начале, но, как выяснилось, «ляп» был оставлен автором вполне осмысленно. (Когда ляп перестает быть ляпом? Тогда, когда он оставлен намеренно и обыгран сюжетно, тогда он эволюционирует в литературный прием) С. Лукьяненко описывает живых людей. Которые ведут себя вполне логично и с эмоциональной точки зрения - правильно.

- Полицай бежит, - сказал Котя.
Я сел, приставил к глазам ладонь козырьком, закрываясь от солнца. Почувствовал, что уже слегка перегрелся. Пора в Москву… Полицай действительно бежал обратно - все тем же свободным, красивым бегом - в человеческом мире так умеют разве что какие-нибудь масаи и эфиопы.
Он был один.
- Убил, - тихо и с нескрываемой неприязнью сказал Котя. - Свернул девчонке шею и бросил в джунглях умирать.
Почему «свернул шею и бросил в джунглях умирать»? Вряд ли и сам Котя это знал. Но благодаря своей нелепости образ сразу ожил. Я представил, как Цай догоняет девчонку - та старается бежать быстрее, вязнет в песке, цепляется за лианы, в ужасе оглядывается, кричит, наконец спотыкается - и падает лицом в грязную лужу… Цай прижимает ей коленом спину, резко дергает за волосы, ломая шейные позвонки, вытаскивает из грязи и бросает умирать - еще живую, но парализованную, неспособную ни пошевелить руками-ногами, ни даже закричать. Глупая девчонка, посягнувшая на власть злых функционалов, лежит под пальмами и смотрит в высокое небо. По ее лицу бежит маленький крабик, подбирается к глазам, поводит ниточками-усиками и поднимает маленькую, острую, похожую на маникюрные ножницы клешню…
- Тьфу, дурак, - прошептал я. - Тебе надо криминальную хронику писать, а не порно!
- Я пишу иногда, - грустно ответил Котя.

Повествование от первого лица. По приведенной выше цитате видно, что повествование ведется от первого лица, то есть, от имени главного персонажа. Это накладывает на все описываемое отпечаток личности героя. Мелкие речевые ошибочки уже перестают быть Лукьяненовскими. То есть, и хотелось бы  чуток попридираться к отдельным фразам, таким как «Почувствовал, что уже слегка перегрелся», но понимаешь, что рассказчик не писатель, а просто человек…

В заключение статьи (а надо закругляться) хочу сказать, что в целом серия получилась удачнее, чем эпопея «дозоров». Чтобы получить незабываемое впечатление о книге и почувствовать всю мощь Лукьяненко как блестящего фантаста, ограничьтесь лишь первой книгой дилогии. В «Чистовике» автор пытается «распутать накрученное», но запутывается сам, выдыхается и завершает шаблонно и банально, так и не сумев расставить все точки над ё. Если бы не «жидкий» финал, то из романа вполне смог бы получиться шедевр.

Мои рекомендации: «Черновик» можно и нужно прочитать.